Nicolaus Hussovianus’ Carmen de bisonte im intertextuellen Schnittfeld antiker Reformatio-Sehnsüchte

Несмотря на возросший интерес к постклассической латыни, до сих пор довольно мало информации о латинской литературе из восточно-центральной и восточной Европы доходит до западного научного сообщества. Это касается также Carmen de bisonte Николая Гуссовского (опубл. 1523), произведения, которое сразу несколько стран — наследников польско-литовской Речи Посполитой — считают частью собственной литературы и которое стало ключевым текстом белорусского Возрождения. Кроме обзора изданий и исследований поэмы на польском, белорусском, русском и др. языках, в настоящей статье предпринимается поиск античных реминисценций в тексте Гусcовского. При этом используется альтернативный метод исследования. Не ограничиваясь локализацией цитат и аллюзий, автор ставит вопрос о функциях, которые эти заимствования приобретают в новом окружении. Связь с «Георгиками» и «Буколиками» Вергилия, провозглашающими идеал возвращения к (идиллической) природе, а также с «Германией» Тацита, в которой положительные черты иноплеменников указывают на недостатки соотечественников, придают произведению Гуссовского новые смыслы. Отсылки к античности означили стремление к реформам, которое тесно связано с прагматическими интенциями поэмы. Содержание «Песни о зубре» отнюдь не сводится, таким образом, к «оригинальному и аутентичному» описанию белорусских (польских, литовских) зверей, лесов и древних обычаев. Библиогр. 57 назв.

 Rutz. Nicolaus Hussovianus’ Carmen de bisonte im intertextuellen Schnittfeld antiker Reformatio-Sehnsüchte